АРБИТРАЖНОЕ СОГЛАШЕНИЕ ЧЕРЕЗ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ

Правоприменительная практика по заключению арбитражного соглашения, а равно и оговорок через представителя складывалась по разному.
По общему правилу компетенция третейского суда обусловлена волей сторон отраженных в арбитражном соглашении в виде отдельного письменного документа, либо оговорки в тексте договора.

Судебная практика компетентных судов по разному трактовали ситуации относительно условии заключения такого соглашения через представители.
Общая тенденция сводилась необходимости прямого указания полномочии по заключению арбитражного соглашения в тексте доверенности выданной доверителем представителю.
Вероятно, основываясь на подобной позиции, участились случаи при рассмотрении дела в рамках арбитража заявления ответчиков об отсутствии компетенции третейского суда в силу порока арбитражной оговорки, подписанной якобы неуполномоченным лицом.

Однако, с учетом гражданского законодательства ситуация изменилась.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» арбитражное соглашение является соглашением сторон о передаче в арбитраж всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным правоотношением, независимо от того, носило такое правоотношение договорный характер или нет.

Пунктом 6 статьи 1217.1 ГК РФ предусмотрено, что если иное не вытекает из закона или существа отношений, при отсутствии в доверенности иных указаний считается, что в объем полномочий представителя входит определение порядка разрешения споров (заключение соглашений о передаче споров в государственный или третейский суд и т.п.), а также выбор права, подлежащего применению к сделкам, совершаемым представителем от имени представляемого.

Следует отметить, что данная арбитражная позиция подкреплена судебными актами компетентных (государственных) судов.

ИЗВЕЩЕНИЕ В РАМКАХ АРБИТРАЖА

Как и в любом судебном споре, вопрос надлежащего извещения сторон, является приоритетом обеспечивающим возможность реализовать свои права и третейское разбирательство не является исключением.

В силу ст. 3 Закона «Об арбитраже» документы и иные материалы направляются сторонам в согласованном ими порядке и по указанным ими адресам. Если стороны арбитража не согласовали иной порядок, документы и иные материалы направляются по последнему известному месту нахождения организации, являющейся стороной арбитража, или по месту жительства гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, являющегося стороной арбитража, заказным письмом с уведомлением о вручении или иным способом, предусматривающим фиксацию попытки доставки указанных документов и материалов. Документы и иные материалы считаются полученными в день такой доставки (фиксации попытки доставки), даже если сторона арбитража по этому адресу не находится или не проживает.

В правоприменительной практике государственные (компетентные) суды данные критерии трактовали через призму норм предусмотренных АПК и ГПК, соответственно при рассмотрении вопроса о выдаче исполнительного листа на основании решения третейского суда или отмене арбитражного решения. В свою очередь систематически лица не довольные итогом арбитража основывали свою позицию на отсутствии надлежащего извещения.

Однако, в очередном Постановлении от 10 декабря 2019 года №53 Пленума ВС РФ отмечено, что при проверке доводов стороны третейского разбирательства о том, что она не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда либо по другим уважительным причинам не могла представить в третейский суд свои объяснения, необходимо учитывать, что в силу диспозитивности третейского разбирательства стороны вправе установить любой порядок получения письменных сообщений или соблюдать тот порядок, который установлен в правилах постоянно действующего арбитражного учреждения, о применении которого стороны договорились.

Сторона, сообщившая другой стороне, третейскому суду или арбитражному учреждению адрес для направления уведомлений о третейском разбирательстве, несет риск неполучения или несвоевременного получения уведомлений, доставленных по этому адресу (статьи 20, 165.1 ГК РФ).

Извещение, направленное стороне арбитража, третейского разбирательства по адресу, указанному этой стороной, но не полученное по зависящим от нее причинам (например, вследствие отсутствия по месту жительства или уклонения от получения почтовой корреспонденции в отделении связи), считается доставленным.

Если сторона арбитражного соглашения после его заключения изменила место своего жительства или адрес, однако не сообщила об указанных обстоятельствах другой стороне арбитражного соглашения, а после начала арбитража — и третейскому суду, она несет риски, связанные с неполучением или несвоевременным получением уведомлений, а уведомление, направленное ей по адресу, указанному при заключении арбитражного соглашения, считается надлежащим.
Уведомление о времени и месте проведения заседания третейского суда по делу считается надлежащим, только если оно было направлено с таким расчетом, чтобы каждая из сторон располагала разумным сроком для подготовки к разбирательству дела и прибытия на заседание.

С учетом изложенного эксперты рекомендуют:
1. Включать в текст арбитражного соглашения (оговорки) возможность извещения сторон арбитража используя СМС-извещение на мобильные телефоны и электронное извещение на электронные адреса стороны.
2. При смене местонахождения организации, а равно смене места жительства также проинформировать сторону договора о произошедших изменениях.
3. При обращении за разрешением в формате арбитража проверить актуальность данных ответчика для надлежащего его извещения.

AD HOC как инструмент доступности арбитража в регионах России

С завершением реформы третейского разбирательства в России Правительством РФ выдано лишь два разрешения на осуществление арбитража в России, а в совокупности с имевшими иммунитет на право осуществления арбитража, без необходимости получения такого разрешения, составляет четыре. Так получилось, что указанные постоянно действующие арбитражные учреждения находятся в Москве и, несмотря на то, что ими уже открыто несколько территориальных отделений, популярности у регионалов пока не получили. Основная проблема такой ситуации видится, прежде всего, в высоких расценках арбитражных сборов и новизне таких структур для бизнеса и обычных граждан в регионах.

К сожалению, на территории Пермского края в настоящее время нет арбитражного центра, получившего разрешение на осуществление арбитража.

Однако, как показала практика, после реформенного периода жизнеспособным является и способ разрешения в формате третейского суда, образуемого для разрешения конкретного спора (ad hoc). Ведь ad hoc без администрирования со стороны постоянно действующего арбитражного учреждения не требует получения разрешения и сохраняет все преимущества арбитража.

Комментируя ситуацию в регионах, Глеб Севастьянов, главный редактор журнала «Третейский суд», отметил:

– Отделения московских арбитражных центров начинают свою деятельность в регионах страны фактически с чистого листа и потенциально им намного сложнее завоевать доверие местного бизнеса, чем избираемым местным арбитрам для проведения арбитража ad hoc, приязнь к которым формировалась десятилетиями.

Практические вопросы принудительного исполнения решения третейского суда ad hoc

В силу Закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ» стороны, заключившие третейское соглашение, принимают на себя обязанность добровольно исполнять арбитражное решение. Стороны и третейский суд прилагают все усилия к тому, чтобы арбитражное решение было юридически исполнимо (статья 28 Закона).

Несмотря на заложенный принцип обязательности арбитражного решения, на практике зачастую лицо, в чью пользу вынесено решение, вынуждено проходить процедуру экзекватуры, т. е. приведение в исполнение арбитражного решения. Указанная процедура находится за пределами арбитража и осуществляется государственными судами.

На практике возникает вопрос, в чем особенность приведения исполнения решения третейского суда ad hoc?

Прежде всего третейский суд ad hoc образуется для разрешения конкретного спора, и вынесением решения третейским судом арбитраж прекращается. Исходя из положений ст. 39 закона при отсутствии соглашения сторон по вопросу хранения материалов дела, третейский суд ad hoc в течение месяца после прекращения арбитража арбитражное решение со всеми имеющимися в распоряжении третейского суда материалами дела направляет в суд, в компетенцию которого входит рассмотрение заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение арбитражного решения в рамках соответствующего арбитража.

В связи с этим на практике возникают ситуации в силу сложившейся прежней практики по отношению к постоянно действующим третейским судам запрашивать материалы дела в третейском суде при рассмотрении заявления на принудительное исполнение решения третейского суда.

В ближайшей перспективе, подобная ситуация в ближайшей перспективе будет решена, т. к. все компетентные суды проинформированы о том, что материалы дел, рассмотренных третейским судом в формате ad hoc, направляются для хранения в компетентный (государственный) суд. Более значимым является решение практического вопроса о том, куда направлять материалы дела в условиях, когда несколько компетентных судов, в компетенцию которых входит рассмотрение заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение арбитражного решения, к примеру, при множественности со стороны ответчиков и прочих ситуациях. Оптимальным для исключения таких казусов является включение в арбитражное соглашение условия о месте выдачи исполнительного листа с привязкой к месту арбитража.

Следует также иметь в виду, что при обращении в арбитражный суд за выдачей исполнительного листа следует к заявлению приобщить нотариально удостоверенную копию решения третейского суда, образованного сторонами для разрешения конкретного спора. А при обращении в районный суд таких квалифицированных требований к копии решения третейского суда ad hoc процессуальное законодательство не предъявляет.

В остальной части практическая сторона процедуры принудительного исполнения решения третейского суда ad hoc отличий не имеет.

Так, лицо в чью пользу вынесено решение третейского суда, обращается с заявлением на принудительное исполнение в арбитражный суд по спору, возникшему из гражданских правоотношений при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, а по остальным в суд общей юрисдикции (районный суд). Место рассмотрения определяется местом нахождения должника, либо, если его место жительства или место нахождения неизвестно, по месту нахождения имущества должника – стороны третейского разбирательства. По соглашению сторон третейского разбирательства заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда может быть подано в государственный суд, на территории которого принято решение третейского суда, либо в компетентный суд по месту нахождения стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

Срок рассмотрения таких заявлений, как в судах общей юрисдикции, так и в арбитражных судах, ограничен месячным сроком.

Определение компетентного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда вступает в силу немедленно и может быть обжаловано лишь в кассационном порядке.

 

Астрент в третейском разбирательстве как инструмент обеспечения исполнения арбитражного решения

Еще с 1 июня 2015 года в Гражданский кодекс РФ (далее – ГК РФ) были введены нормы об аналоге французского института «астрент»*, но широкого применения в судебной практике они не нашли.

Обращаясь к положениям указанной нормы, а именно ст. 308.3. ГК РФ, законодатель определил, что в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Помимо законодательных положений, и судебная практика указала на возможность его использования в Постановлении Пленума ВАС РФ от 4 апреля 2014 года.

Если с возможностью применения астрента в государственных судах есть конкретная определенность, то о возможности его применения в рамках арбитража (третейского разбирательства) незначительная судебная практика. Актуальность астрента в рамках арбитража подтвердили организованные Арбитражным центром при Российском союзе промышленников и предпринимателей дебаты, в ходе которых данная тема стала ключевой. Несмотря на то, что дебаты собрали проарбитражных представителей юридического сообщества, аргументы относительно возможности применения астрента в рамках арбитража стали более убедительными.

Тезисно можно отметить ряд моментов, которые участники дебатов посчитали существенными в части возможности применения астрента в третейском разбирательстве.

  • Астрент не обладает публичными началами, на что в некоторых случаях ссылаются государственные суды при рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение арбитражного решения.
  • Астрент взыскивается по заявлению кредитора, т. е. не обладает чертой автоматизма, что свойственно публичным штрафам.
  • Непубличность астрента заключается и в том, что он взыскивается в пользу стороны спора, а не в пользу государственного учреждения.
  • Астрент в рамках арбитража не обладает мерой принуждения, лишь впоследствии осуществляется публичный механизм при наступлении двух обстоятельств: обращения в компетентный суд за выдачей исполнительного листа и его удовлетворение государственным судом.
  • Статья 308.3. ГК РФ имеет прямую отсылку к положениям ст. 330 ГК, тем самым можно предположить, что законодатель рассматривает астрент неким аналогом неустойки. Обращаясь к вопросу о применении неустойки до фактического исполнения обязательств, следует признать, что эта практика общеизвестная.
  • Статью 308.3. ГК РФ можно рассматривать в контексте ст. 11 ГК РФ, в котором третейский суд рассматривается в той же степени, что и государственные суды – суд общей юрисдикции и арбитражный суд.

В полной мере можно утверждать, что астрент возможен в рамках арбитража, в том числе третейского разбирательства, осуществляемого в формате ad hoc – третейского суда, создаваемого для разрешения конкретного спора. Третейский суд всегда был и остается площадкой, где апробируются все новые механизмы судебной защиты, и астрент не исключение.

*Астрент (фр. l’astreinte; от лат. adstringere – принуждение) – разновидность денежного штрафа, определяемого судом, на случай неисполнения должником обязательства, установленного судебным решением. Является дополнительной финансовой мерой для стимулирования исполняемости судебных актов.